Azərbaycan News Agency

Министр иностранных дел России Сергей Лавров на пресс-конференции после встречи министров иностранных дел G20, состоявшейся в американском городе Атланта, сделал важные заявления о глобальной дипломатии, санкциях и украинском кризисе.

Оценивая деятельность США в качестве председателя G20, Лавров заявил: «Мы поддерживаем решительный настрой американского председательства на деполитизацию дискуссий и сосредоточение внимания на вопросах, которые изначально были согласованы в качестве повестки дня G20».

Отметив, что встреча носила подготовительный характер перед саммитом в Майами, запланированным на декабрь, Лавров подчеркнул, что американские официальные лица не уклонялись от обсуждения экономических последствий санкций.

«Европа должна извлечь урок из своего высокомерного бойкота»

Лавров сообщил, что обсудил с госсекретарём США Марко Рубио двусторонние и многосторонние отношения, и отметил, что Москва положительно воспринимает стремление Вашингтона к диалогу. Критикуя позицию европейских лидеров, российский министр заявил: «Несмотря на все наши разногласия, желание и заинтересованность США в продолжении диалога можно только приветствовать. Это хороший урок для наших европейских коллег, которые продолжают свой высокомерный бойкот».

Касаясь попыток европейских стран участвовать в переговорах по Украине, Лавров заявил: «Важно не то, чего хотят европейцы, а то, какую реальную добавленную стоимость они могут привнести». Относительно дискуссий о расширении G20 он выступил против членства Польши, отметив, что объединение должно отражать растущее влияние Глобального Юга и Востока.

«Зеленский может приехать в Москву»

Лавров заявил, что Россия готова к запланированным переговорам в Абу-Даби, однако намерения украинской стороны остаются неясными. В связи с этим он напрямую обратился к президенту Украины Владимиру Зеленскому.

Напомнив слова президента России Владимира Путина, Лавров заявил: «Как отметил президент Владимир Путин, если Зеленский хочет встречи, он может приехать в Москву. Насколько я понимаю, мы гарантируем ему безопасность, которую не могут гарантировать в Киеве».